ЕЛЕАЗАРОВСКИЙ МОНАСТЫРЬ

В первой половине XV в. Евфросин основал на реке Толве Елеазаровский Трехсвятительский монастырь. В конце XV- первой половине XVI в. монастырь играл в духовной и литературной жизни Пскова важную роль. Евфросин сам оставил после себя несколько сочинений - он был автором монастырского устава, "Послания к архиепископу Евфимию", "Послания к духовенству", составил свое краткое жизнеописание, оно является вступлением к монастырскому уставу. И краткая биография, и монастырский устав, определяющий правила жизни в монастыре, свидетельствуют о начитанности Евфросина, умении стройно и ясно излагать мысли. Устав Еелеазаровского монастыря, написанный в 50-60-е гг. XV в., основывается на многочисленных источниках, он затрагивает самые разные вопросы монастырской жизни. "О злате и серебре", "О ястии и питии", "О бане" - так называются отдельные главы устава Евфросина, всего их около 30-ти. Преставился Евфросин в 1481 году в возрасте 95 лет; был канонизирован в середине XVI в.

"Житие Евфросина"

В большом количестве редакций и списков, что свидетельсует об интересе древнерусских читателей к этому произведению, дошло до нас "Житие Евфросина".
В историю русской церкви Евфросин вошел не только как основатель Елеазаровского монастыря на реке Толбе (Толве), но и как защитник сугубой алилуйи. На протяжении почти двух веков (XV-XVII в.) велись споры о том, трижды ("Аллилуйя, аллилуйя, аллилуйя, слава тебе, Боже") или дважды (Аллилуйя, аллилуйя, слава тебе, Боже") нужно возглашать во время служб и молений "Аллилуйя", спор этот имел догматический смысл: троение толковалось как отражение трисоставного единства Бога (Отец, Сын и Святой Дух), двоение воплощало двуединую природу Христа - человека и Бога. Евфросин был сторонником двоения аллилуйи, его авторитетному мнению следовали церковные иерархи в XVI в., а в XVII в., когда официальная церковь признала правильность троения аллилуйи, последователями Евфросина стали старообрядцы. Интерес к "Житию Евфросина" во многом объяснялся этими догматическими спорами, ни одно из псковских житий не имело такой распространенности, как "Житие Евфросина".
"Житие Евфросина", как и "Повесть о Довмонте", сохранилось в нескольких редакциях, значительно отличающихся друг от друга. Исследователи считают, что первое жизнеописание Евфросина было составлено вскоре после его кончины (1481 г.), не позже 1510 г., поскольку Псков в тексте этого сочинения назван землей свободной, то есть в то время, когда Псков был еще самостоятельной вечевой республикой. В предисловии неизвестный автор ясно говорит о целях своего произведения - открыть тайну сугубой аллилуйи и доказать ее превосходство над трегубой. Полемические цели определили необычную форму его сочинения - автор не соблюдает канонов жития, не описывает биографию Евфросина, подробно излагая лишь историю его споров об аллилуйе с распопом Иовом. Это не столько житие, сколько пространный трактат в защиту двоения аллилуйи, сам автор чаще называет свое произведение не житием, а повестью. В дальнейшем и мы, следуя авторскому именованию, будем называть это произведение "Повестью об аллилуйе".
Биографических сведений об авторе "Повести об аллилуйе не сохранилось. Исследователи высказывают разные мнения о времени составления "Повести об аллилуйе", личности автора и целях его произведения. Наиболее аргументирована точка зрения историка псковской монастырской жизни Н.И. Серебрянского. Исследователь считает, что автор "Повести об аллилуйе" не был монахом Елеазаровского монастыря. "Повесть" носила неофициальный характер и сохранила следы личных взглядов автора и его интереса к вопросу об аллилуйе, который и привел его в Еелеазаровский монастырь. Здесь автором были начерно записаны рассказы Памфила и других монахов, а завершена "Повесть" была уже вне стен обители, возможно, в каком-нибудь новгородском монастыре. Таким образом, Н.И. Серебрянский считает, что автор "Повести об аллилуйе", рассказывающей об одной из самых острых полемических баталий XVI в. в Пскове, не был псковичом. В литературном отношении "Повесть об аллилуйе" одно из интереснейших произведений древнерусской литературы, ее автор был самобытным писателем, его художественный талант проявляется как в богословских рассуждениях, так и в описании сложных человеческих характеров.
Автор "Повести об аллилуйе" не создал канонического жития, эту задачу выполнил в 1547 г. псковский агиограф Василий-Варлаам. Разбросанные в тексте "Повести об аллилуйе" "ово зде, ово инде" биографические сведения Василий разместил в хронологическом порядке и дополнил их общими для житийной литературы местами.

"Послание игумена Памфила"

Учеником Евфросина был игумен Елеазаровского монастыря Памфил, автор "Послания о праздновании дня Рождества Иоанна Предтечи". Биографические данные о Памфиле очень скудные. Не установлено и точное время игуменства Памфила, основным датирующим моментом является тот факт, что "Послание" игумена Памфила помещается в Псковской Первой летописи под 1505 г.
"Послание игумена Памфила" - одно из немногих произведений древнерусской литературы, живо и эмоционально рисующее народные обряды в день Ивана Купалы. Это был древний языческий праздник в ночь с 23 на 24 июня, приуроченный к дню высшего солнцестояния, он носил веселый и разгульный характер. В ночь на Ивана Купалу добывали "живой" огонь, жгли костры и прыгали через них, сжигали или топили соломенных кукол, изображавших древних божеств (Купалу, Марену), водили хороводы, собирали травы и цветы, - сорванные в ночь на Ивана Купалу, они считались особо целебными и чудодейственными. С древним языческим праздником совпал один из основных христианских праздников - день Рождества Иоанна Предтечи (Иоанна Крестителя), отмечаемый 24 июня. Купальские игрища противоречили христианским обрядам и морали, церковь пыталась бороться с языческими обычаями и верованиями, но они продолжали жить. Об этом свидетельствует и "Игумена Елеазаровой пустыни Памфила слово поучительное о дне Иоанна Предтечи к наместнику христолюбивого города Пскова и всему православному христианству" - такой заголовок имеет "Послание Памфила". Возмущенный тем, что день Рождества Иоанна Предтечи все еще проводится в "бесовских игрищах", Памфил пишет в Псков наместнику великого князя и вменяет ему в обязанность искоренять остатки язычества. По мнению Памфила, в этот день люди бесчестят Бога, впадают в неистовство и услаждаются непотребными игрищами:"Зашумит город, и возгремят в нем люди, охваченные беспутством...стучат бубны, поют сопели, гудят струны. Плескание и плясание, тайные знаки головой, непристойные крики и вопли из уст, самые непристойные песни - так угождают бесам жены и девы, и телом вихляют, и скачут, и выплясывают". Описывает Памфил и обычай собирать травы в день Ивана Купалы:"выходят волхвы-мужи и жены-чародейки на луга и болота, в пустоши и дубравы, ища смертной травы и отравного приворотного зелья на пагубу людям и скоту; тогда же копают дикие коренья, чтобы приворожить и свести с ума мужчин". Как человек церковный, Памфил осуждает это веселье с игрищами, плясками и чародейством. Искреннее возмущение Памфила придает описанию купальских игрищ эмоциональность и непосредственность.
Первое "Послание Памфила" не достигло цели: псковские наместники не проявили усердия в борьбе с остатками язычества, и Памфил отправляет в Псков второе послание на ту же тему, позаботившись о том, чтобы оно звучало более убедительно и грозно. В новой редакции "Послания" он почти дословно повторяет описание купальских обрядов, но говоря об ответственности наместников за жизнь и нравы псковичей, о тяжких последствиях и наказании за идолослужение, Памфил обращается к Священному Писанию; примеры и цитаты из Священного Писания придают его словам весомость, обоснованность, торжественность и красноречивость.